Автобиография Бенджамина Франклина как пример произведения автобиографического жанра
 
План: 
Введение
1.      Составляющие автобиографического жанра.
2.      Анализ “Автобиографии” Бенджамина Франклина.
Заключение
Список литературы
 
Введение
Прежде чем приступать к анализу “Автобиографии” Бенджамина Франклина, необходимо определиться с самим понятием автобиографии. 
Слово “автобиография” происходить от греческого “autуs” - сам, “bios” – жизнь, “grаpho” – пишу. Это такая форма биографии, где главным героем является сам автор произведения. Обычно автобиография пишется от первого лица и охватывает большую (или самую важную) часть жизни автора.
Если рассматривать жанр автобиографии и стремление описывать свою жизнь в историческом аспекте, то нужно заметить, что, несмотря на греческое происхождение термина, явление автобиографии имело место скорее в Новом времени, нежели в период античности. 
Откуда пошло стремление к самоанализу? Начало ему, скорее всего, следует искать не в античных текстах, а в библейской литературе, такой как ветхозаветные псалмы, книги пророков и посланиях из Нового Завета. 
Однако следует заметить, что автобиография представляет собой нечто большее, чем просто самоанализ. Как произведению литературному, ей требуется некая повествовательная форма. 
Так как развивалась автобиография как литературный жанр? В ее истории как таковой можно выделить четыре периода, которые не связаны между собой и не следуют непосредственно друг за другом. Эти периоды, прежде всего, совпадают с циклами исторического развития, а в частности, с теми временами, когда происходили значительные общественные потрясения и перевороты. В подобных условиях у людей, особенно некоторых выдающихся личностей, особо остро проявляется необходимость самовыражаться, что толкает их на создание поистине замечательных произведений. Так постепенно складывается жанр автобиографии. 
Первый период развития автобиографии приходится на конец эпохи античности и связывается с именем святого Августина. Но кроме Августина никто больше не обращался к этому жанру вплоть до наступления эпохи Возрождения. 
Возрождение можно считать вторым периодом развития автобиографии. В этот период она поднялась на качественно новую ступень, чему способствовали творения Бенвенуто Челлини (1500–1571; “Жизнь Бенвенуто…”), Дж. Кардано (1501–1576; “О моей жизни”) и М. Монтеня, Эразма Роттердамского, Р. Грина и Дж. Беньяна. 
Автобиографии всех этих авторов носили различный характер, и если св. Августин свое основное внимание сосредотачивал на описании внутреннего мира, то Челлини, например, делал акцент на мире, окружающем его. Кардано и Монтень в своих автобиографиях проявляют себя мастерами психологического автопортрета, хоть их рассказы и не отличаются большим количеством интересных историй. Так, к примеру, Кардано делает акцент на классификации основных человеческих качеств и их отражении в его характере. Монтень в своем произведении дает отличные характеристики, несмотря на то, что в целом оно лишено какой-то четко выраженной системы. 
Эпоха Просвещения стала третьим периодом, на который пришелся подъем и расцвет автобиографии как литературного жанра. Большое автобиографическое наследие оставил после себя Ж.Ж. Руссо, который был типичным представителем жанра автобиографии того времени. Среди самых известных его автобиографических сочинений можно выделить “Исповедь” и “Прогулки одинокого мечтателя” (1802 г.). В них он особо откровенно описывает себя, все стороны своей жизни, при этом он не приукрашивает действительность, а показывает все, как есть, со всеми достоинствами и недостатками.
Среди самых известных автобиографий века Просвещения и последующего времени были сочинения таких авторов, как Б. Франклин, Дж. Казанова, Эд. Гиббон, И. В. Гёте, Шатобриан, В. Скотт, Анри Бейль (Стендаль), Ли Хант, Т. Де Куинси, Дж. Г. Ньюмен, Г. Берлиоз, Жорж Санд, Дж. С. Милль, Ч. Дарвин, А. Герцен, А. Троллоп, Д. Рескин, Л. Толстой, Ф. Ницше и многие другие. 
В начале ХХ века произошли существенные открытия в психологии, что привело к тому, что люди больше внимания стали уделять личности, ее сложности и многогранности. Особенно это касалось теории бессознательных механизмов психической деятельности. Множество различных идеологий, появившихся в это время, породили жесткую конкуренцию, которая впоследствии вылилась в настоящие войны, причем, ведущиеся в таких масштабах, по сравнению с которыми, все прошлые конфликты представлялись чем-то незначительным. На этот сложный период времени пришлась пора четвертой волны автобиографий. Именно в этот период было написано самое большое количество автобиографических произведений. Неудивительно, что их оказалось больше, чем за все прошлое время в целом. 
Но отличительной чертой четвертой эпохи автобиографий стало то, что было трудно выделить какой-то определенный тип автобиографии, как типичный для своего времени. 
Тем не менее, в ХХ веке было множество выдающихся автобиографов. Таких из них, как Г. Адамса, Г. К. Честертона, Т. Драйзера, Х. Эллиса, А. Жида, М. Горького, Г. Джеймса, Марка Твена, Г. Дж. Уэллса и Ж. П. Сартра, можно считать по праву лучшими писателями, творившими в жанре автобиографии в ХХ веке.
1. Составляющие автобиографического жанра
Если рассматривать автобиографический жанр более с литературной, нежели с исторической точки зрения, в нем можно выделить ряд составляющих. Автобиографии различаются, во-первых, по соотношению физических и “ментальных” событий – по тому, сколько места отводится, с одной стороны, поступкам, наблюдениям и окружению автора, а с другой – его мыслям и переживаниям. Во-вторых, автобиографии различаются по разнообразию и широте затронутых в них проблем, что, в свою очередь, зависит от возможностей и жизненного опыта автора, от характера его интересов и кругозора. В-третьих, имеются еще различия морального свойства, частично обусловленные некоторыми дополнительными факторами: “активностью” и надежностью памяти автобиографа, его честностью и объективностью, откровенностью, с которой он рассказывает о себе или выносит те или иные оценки. Наконец, автобиографии различаются по своим художественным достоинствам – по тому умению, с каким автор отбирает самое важное, организует материал, оценивает взаимосвязи причин и следствий и выявляет единый план за многообразием жизненных явлений. 
Цель автобиографии – представить жизнь (или какую-то ее часть) как некое целое, когда описываемые события отделены от настоящего неким временным промежутком и автор может отнестись к ним более или менее беспристрастно, а сами события успели приобрести в его глазах большую или меньшую осмысленность. Следовательно, автобиография отличается от дневника, день за днем фиксирующего факты и впечатления. Она отличается также и от воспоминаний (хотя их часто путают), потому что представляет собой личную историю автора, в то время как мемуары – историю событий, в той или иной степени затрагивающих все общество. 
Хотя жанр автобиографии обычно считают прозаическим, по крайней мере один его прославленный образец, “Прелюдия” У. Вордсворта, завершенная в 1805, имеет форму поэмы. Вообще автобиографические мотивы (скрыто или явно) встречаются в поэзии не так уж редко: достаточно вспомнить “Сатиры” и “Послания” Горация, “Новую жизнь” Данте, “Паломничество Чайльд Гарольда” Дж. Байрона, “In Memoriam” А. Теннисона. Те же мотивы часто присутствуют в эссеистике – у Ч. Лэма, У. Хэзлитта, Р. Л. Стивенсона и других авторов. Более того, даже личное письмо – в сущности, автобиографический “анекдот” и комментарии к нему (правда, столь же фрагментарные, как дневниковая запись). Показательны в этом отношении письма Х. Уолпола и Вирджинии Вулф. 
Иногда в форму автобиографии облекались вымышленные истории – “Робинзон Крузо” Д. Дефо, “Путешествия Гулливера” Дж. Свифта, “Похождения Жиля Блаза” А. Р. Лесажа, “Приключения Родерика Рэндома” Т. Смоллетта, “Роб Рой” В. Скотта, “История Генри Эсмонда” У. М. Теккерея и многие другие книги. Но столь же часто происходило обратное: романисты заставляли своих героев пройти через испытания, повторявшие их собственный жизненный опыт. Наиболее известные примеры такого рода – “Амелия” Г. Филдинга, “Дэвид Копперфилд” Ч. Диккенса, “Адольф” Б. Констана, “Она и он” и другие романы Жорж Санд, “Джен Эйр” Шарлотты Бронте, все романы Л. Толстого, “В поисках утраченного времени” М. Пруста, “Сыновья и любовники” Д. Г. Лоренса и “Бремя страстей человеческих” У. С. Моэма.
2. Анализ “Автобиографии” Бенджамина Франклина
Бенджамин Франклин (1706—1790) принадлежит к числу выдающихся американских прогрессивных мыслителей и общественных деятелей. Он сочетал в своем лице крупнейшего ученого-энциклопедиста, блестящего пропагандиста просветительских идей и активного деятеля буржуазной революции. По решению Всемирного Совета Мира 250-летие со дня рождения Франклина отмечалось во всех странах.
Научная и общественная деятельность Франклина неразрывно связана с американской буржуазной революцией, с справедливой войной американского народа за свою независимость в 1775—1783 годах.
Самым крупным по объему и наиболее известным произведением Франклина является “Автобиография” (The Life of Benjamin Franklin written by Himself). Она была начата Франклином в 1771 г. в Англии, писалась в течение многих лет, но так и осталась незаконченной. В первом из фрагментов описывается его детство и жизнь до женитьбы в 1730 г. Второй, более короткий фрагмент, содержащий известные дидактические страницы о моральном самоусовершенствовании, был написан во Франции в 1784 г. Третий и четвертый, добавленные Франклином уже в США в последние годы его жизни, доводят повествование до 1757 г., обрываясь на эпизодах, связанных с приездом Франклина в Англию в качестве представителя Пенсильвании. Сохранившийся план работы показывает, что Франклин намеревался написать историю всей своей жизни. Появление книги в свет также имеет свою длительную историю. Первая и вторая части были напечатаны в Париже во французском переводе в 1791 и 1798 гг. На языке подлинника “Автобиография” вышла целиком лишь в 1868 г.
Автобиография Франклина — это рассказ человека “третьего сословия” о том, как он, полагаясь только на свои силы, достиг знаний и славы. Многие эпизоды этого жизнеописания стали классическими, как, например, появление бесприютного юноши Франклина на улицах Филадельфии — города, который должен был стать ареной его возвышения, — с тремя краюхами хлеба, купленными на последние деньги. Без всякой рисовки Франклин повествует о своей жизни, комментирует свои удачи и критикует ошибки. Идеологическая схема автобиографии такова: сперва Франклин применяет выработанные им правила практической морали для достижения материальной независимости; затем он использует материальное благополучие для дальнейшего просвещения своего разума и для деятельности на пользу общества.
Пафос рассказа, как это хорошо чувствовали современники, был в том, что герой автобиографии, молодой буржуа, возвышался не путем отречения от своего класса и перехода к аристократии и не в качестве “плута”, достигающего своей цели ценой обмана и унижений перед сильными мира сего, но в рамках повседневной жизненной практики буржуазии и как ее выдающийся представитель, которого не могут не признавать даже враги. Друг Франклина Воган, прочитав первую часть “Автобиографии”, писал Франклину (убеждая его опубликовать рукопись), что история его жизни может иметь большее значение, чем “все жизни Плутарха, взятые вместе”. Воган намечает несколько важнейших (с точки зрения буржуазного Просвещения) воспитательных задач, которые призвана выполнить книга Франклина: она покажет, что человек не является по своей природе злобным животным и что его моральные качества зависят от условий воспитания; она покажет, сколь мало необходимо знатное происхождение “для счастья, добродетели и величия”. Наконец, она будет способствовать надлежащему взгляду на американскую революцию, показав высокие достоинства одного из ее виднейших вождей.
Этой оценке Франклина его современниками резко противоречит укоренившийся в XIX века и поддержанный в особенности романтиками взгляд на Франклина как на проповедника филистерской морали и грубого апологета буржуазно-собственнического идеала. Карлейль называет Франклина “отцом всех янки”, подразумевая под “янки” тип американского бессовестного буржуа-дельца. Ките с презрением говорит о “философствующем квакере, набитом скаредными поучениями”. Эти суждения основываются, главным образом, на дидактических страницах “Автобиографии”.
В “Автобиографии” Франклин рассказывает, как в пору своего духовного самоопределения в Филадельфии он “возымел дерзкий и честолюбивый замысел” прийти к моральному совершенству. Он установил с этой целью тринадцать обязательных добродетелей, к овладению которыми ему надлежало стремиться: воздержание, молчаливость, стремление к порядку, решительность, бережливость, прилежание, искренность, справедливость, умеренность, опрятность, спокойствие, целомудрие, смирение. Франклин рассказывает, как, не надеясь сразу овладеть всеми тринадцатью добродетелями, он практиковал их по очереди. Он приводит составленную им табличку, на которой он каждодневно отмечал свои достижения и промахи на пути морального совершенствования. Франклин не скрывает, что поставленная задача была для него неотрывна от задачи материального преуспевания. С характерной для него откровенностью он рассказывает, как, желая произвести благоприятное впечатление на соседей своим трудолюбием и тем повысить у них свой коммерческий кредит, он сам перевозил бумагу в свою типографию на ручной тележке так, чтобы все это видели. Такой поступок, по правилам практиковавшейся Франклином “моральной арифметики”, согласовывался с добродетелями прилежания и бережливости, но, без сомнения, приходил в противоречие с добродетелью искренности, так как не вызывался необходимостью.
В самом начале своей “Автобиографии” Франклин с некоторой гордостью заявляет: “… по своему происхождению я не был ни богат, ни знатен и первые годы моей жизни прошли в бедности и безвестности…”
Подчеркивая приоритет мелкого труженика над богатым бездельником, Франклин вовсе не предполагал ограничить пределы капиталистической собственности. Его больше устраивала умеренная социально-политическая программа Вольтера, чем мелкобуржуазный радикализм Руссо. Однако, подобно Вольтеру и Руссо, Франклин боролся за торжество новой, более прогрессивной капиталистической формации, выступал против феодальных пережитков, которые в условиях Америки того времени усугублялись отвратительной системой рабства, g этом — огромная историческая заслуга Франклина.
Общественно-политическая и теоретическая деятельность Франклина также явилась крупным шагом вперед. Его имя навсегда вошло в историю науки, в историю просветительской философии XVIII века.
Франклин получил широкую известность как естествоиспытатель, как выдающийся представитель передовой технической мысли XVIII столетия, как блестящий знаток политической экономии, как историк, социолог и философ. Он был также автором замечательных литературных произведений, метких памфлетов, остроумных пародий на “священные” книги.
В своей “Автобиографии” Франклин сообщает, как еще в раннем возрасте он с помощью своего отца изучал технику и научился конструировать в опытном порядке небольшие механизмы. “…Отец, — пишет Франклин, — стал брать меня с собой на прогулки и показывал мне плотников, каменщиков, токарей, медников и других мастеров за их занятиями, чтобы иметь возможность обнаружить мои склонности и определить меня к такому ремеслу, которое удержало бы меня на суше. Мне всегда с тех пор доставляло удовольствие видеть, как управляются со своими инструментами хорошие мастера; мне пошло на пользу и то, что я приобрел некоторый навык и мог сам сделать кое-что в доме, если нельзя было найти мастера; кроме того, я умею своими руками изготовлять небольшие машины для моих опытов”.
В своей “Автобиографии” Франклин повествует о том, как он еще в 15-летнем возрасте начал сомневаться во многих религиозных догматах, несмотря на строго религиозное воспитание, полученное в семье. Так называемые священные книги не удовлетворяли молодого Франклина, и он стал скептически относиться к самому понятию “божественное откровение”. Однажды в его руки попало несколько книг, направленных против деизма. Эти книги оказали на молодого Франклина глубокое влияние. “Аргументы деистов, — писал американский мыслитель, — которые приводились для опровержения, показались мне гораздо сильнее, чем сами опровержения; короче говоря, я вскоре стал самым настоящим деистом”.
Воспитанный в религиозном отношении в пресвитерианских правилах, Франклин считал некоторые догмы этого вероисповедания, вроде признания вечных божественных законов или предопределения одних людей к спасению, а других к осуждению, неразумными. В результате он перестал посещать публичные собрания своей секты и сделал воскресенье не днем молитв, а днем научных занятий.
В своей “Автобиографии” Франклин пишет, что от религии он заимствовал только веру в существование бога и в создание мира. Эти принципы Франклин называет сущностью всякой религии и находит их во всех вероисповеданиях. Отсюда он делает уже чисто просветительский вывод: все религии в одинаковой степени полезны, если они поддерживают нравственность, и в одинаковой степени вредны, если они разделяют людей и сеют между ними вражду. Исходя из этого, Франклин призывает к свободе совести, к свободе вероисповеданий и критикует фанатизм в любых его проявлениях.
С большим сарказмом рассказывает Франклин о содержании религиозной проповеди, прочитанной однажды пресвитерианским священником. В этой проповеди выдвигалось требование к молящимся соблюдать пять принципов: святость воскресного дня, усердное чтение священного писания, посещение в должное время церковных служб, принятие всех религиозных таинств и, наконец, проявление “должного уважения” к служителям бога, т. е. К духовенству. “Все это, возможно, было хорошо, — заключает Франклин, — но так как это было совсем не то, чего я ожидал от проповеди на этот текст, я потерял надежду услышать о том из какой-нибудь другой проповеди, возмутился и больше не посещал его проповедей”. Быть может, такое поведение и предосудительно, рассуждает Франклин, но он не собирается приносить каких-либо извинений, ибо его цель состоит в том, чтобы “изложить факты, а не в том, чтобы их оправдывать”.
С целью высмеять религиозных фанатиков, нетерпимо относящихся к инакомыслящим, Франклин написал замечательную, полную искрящегося остроумия “Притчу против преследования”, в которой, пародируя теологов, убедительно показывает внутреннюю несостоятельность церковной догматики. “Притча против преследования” Франклина — боевой просветительский памфлет, доступный самым широким слоям читателей.
Таким образом, Франклин рассматривает науку не как служанку теологии, а как могучее орудие для практической деятельности людей. Он выдвигает исключительно плодотворную мысль о том, что учащиеся даже низших классов должны знакомиться с промышленной и сельскохозяйственной деятельностью.
В своей “Автобиографии” Франклин говорит о боге в духе культа разума эпохи французской буржуазной революции. Он называет бога лишь источником мудрости и утверждает, что человеческий разум должен обращаться к богу только за тем^ чтобы умножить свои собственные познания. Франклин сообщает, что он придумал даже специальную молитву, в которой в духе просветительского рационализма обращается к богу с одной только просьбой: “Возрасти во мне мудрость, которая откроет мне мое истинное благо”. Поэтому в форме молитвы Франклин по сути дела полемизирует с религией, провозглашающей божество источником всех истинных благ. С точки зрения Франклина, истинное благо открывает человеку только его собственный разум.
В этой же молитве Франклин, опять-таки полемизируя в скрытом виде с теологией, обращается к деистическому богу с просьбой укрепить его решимость исполнять все то, что предписывается мудростью. Этим самым Франклин как бы хочет сказать: не заповеди, установленные богом, должны лежать в основе человеческих дел, а предписания самого человеческого разума.
Франклин заканчивает свое любопытное обращение к богу положением, что человек должен служить богу, делая добро другим людям.
Американский просветитель отбрасывает “потусторонний” мир и признает прежде всего существование реальных вещей, реальной природы, которую следует изучать и с которой человеку приходится вести беспощадную борьбу.
Вся знаменитая “Автобиография” Франклина иллюстрирует основную мысль философа, что жизненных успехов можно добиться, ориентируясь прежде всего на свои силы, а не на божественные предначертания. Даже тогда, когда Франклин ссылается на помощь “божественного провидения”, он тут же оговаривается, что бог умудрил его использовать те конкретные земные средства, к которым он постоянно прибегал и которые и принесли ему подлинную удачу.
В своих естественнонаучных исследованиях, в своих высказываниях о технике Франклин все время конкретизирует исходное положение своего философского мировоззрения: природа, материальные вещи хотя и созданы божеством, однако изменяются по внутренне присущим им законам, и люди достигают только тогда успехов, когда они действуют на основе этих законов.
Вся его “Автобиография” пронизана решающей мыслью: сначала люди обращаются к ощущению, к опыту, а затем уже из этого опыта делают логические выводы. В этой связи Франклин протестует против безапелляционной, заносчивой манеры опровержения тех или иных доводов. Надо сначала проверить свою собственную точку зрения, а затем уже опровергать доводы, кажущиеся неверными. Франклин считал, что его учение об электричестве только тогда сделалось достаточно убедительным, когда оно было подтверждено многочисленными опытами.
Таким образом, Франклин рассматривает опытное, эмпирическое познание как необходимую предпосылку рационального познания.
Не сомневаясь в объективном существовании природы и ее законов, а также в способности человека познать природу, Франклин считал бесспорным и объективность времени и пространства. Он принимал это как само собою разумеющийся факт. Точно так же он считал само собою разумеющейся объективную сущность причинных связей. В его историческом очерке о Пенсильвании содержится критика телеологического подхода к действительности, т. е. Утверждения, что якобы каждый предмет, существующий в мире, поскольку он сотворен богом, выполняет некоторую божественную цель. Хотя Франклин, как деист, признавал сотворение мира богом, он вместе с тем был глубоко убежден, что то, что мы называем “целью”, порождено не богом, а самой природой. Даже люди, учил он, ставя перед собою определенные цели, действуют согласно своей природе, т. е. Согласно естественным законам. Именно в этом смысле он и начинает введение к своему “Историческому очерку” знаменитыми словами: “Природе человека свойственно достигать бесконечного разнообразия целей на основе нескольких простых принципов”. Развивая дальше эту идею и рассматривая человека, как животное, делающее орудия, Франклин считал, что человек, воздействуя на природу и создавая орудия труда, ставит цели, не зависящие от каких бы то ни было потусторонних сил.
C наибольшей силой просветительские взгляды Франклина сказываются в его социологических воззрениях. Он видит в обществе результат соглашений людей в интересах свободы, причем в первую очередь понимает под свободой право каждого человека на самостоятельную хозяйственную деятельность. Франклин, подобно другим буржуазным просветителям, идиллически рисует себе капиталистический строй как строй, где якобы каждый поступает согласно велениям своего разума и своей совести. В духе идей буржуазной революции Франклин провозглашает равенство людей от рождения. Отсюда его выступление против сословных привилегий, его критика рабства. Франклин выступает в качестве одного из вождей аболиционизма в США, т. е. Борется за отмену рабства негров, как вредного, антигуманного института.
Как и все просветители, Франклин пытается подойти к обществу и человеку с точки зрения абстрактной “человеческой природы”. Поэтому рабство он рассматривает как самое жестокое унижение человеческой природы, как нарушение элементарных биологических законов. Рабство превращает человека в животное-автомат. У раба, заявляет Франклин, вырабатывается привычка даже передвигаться подобно машине, т. е. По желанию своего хозяина. У раба приостанавливается мышление. Он знает только одно решающее чувство — чувство страха. Освобожденных рабов, утверждает Франклин, нужно научить пользоваться гражданской свободой, позаботиться об их образовании.
В 1728 году Франклин организовал в Филадельфии своеобразное просветительское общество — философскую “Хунту”, ставящую своей целью пропаганду деистического мировоззрения и отдельных научных знаний. В дальнейшем небольшая “Хунта” превратилась в влиятельное просветительское философское общество, причинившее немало неприятностей американскому духовенству.
Характерен демократический состав “Хунты”. Туда входили по преимуществу жаждущие знаний ремесленники, подмастерья и даже рядовые рабочие. В “Автобиографии” Франклин сообщает о первых членах “Хунты”, ее главных организаторах. В ней были Джозеф Брайнтнал — бывший переписчик у нотариуса, Томас Годфрей — математик-самоучка, Николас Скалл — землемер, Вильям Персоне — сапожник, Вильям Могридж—столяр, Вильям Коулмен — приказчик и др. Входили в “Хунту” и молодые буржуа вроде Роберта Грейса.
Франклиновская “Хунта” изучала главным образом вопросы натурфилософии, морали и политики. Каждый из членов этой просветительской организации выступал по очереди с философскими докладами или лекциями на любую тему по собственному выбору.
“Наши дискуссии, — сообщает Франклин, — проводимые под руководством председателя, должны были быть проникнуты духом искреннего стремления к истине. В них не было места спору ради спора или ради победы, и, во избежание полемического пыла, все слова, выражающие непреклонность личного мнения или прямое противоречие мнению другого, вскоре стали считаться недопустимыми и были запрещены под страхом небольших денежных штрафов”.
“Хунта” существовала свыше 40 лет и была на протяжении этого периода лучшей философской школой в провинции. “Хунта” не занималась да и не могла заниматься пропагандой атеизма. Она ставила перед собой более умеренные цели — распространение общих научных сведений о мире и его закономерностях. Однако все члены “Хунты” в той или иной степени критиковали ходячие церковные догмы и вели борьбу против феодально-сословных предрассудков.
Большое внимание уделял Франклин организации в Америке библиотечного дела. В этой области его просветительская деятельность принесла особо богатые плоды. В те времена в колониях не было ни одного хорошего книжного магазина. Любителям чтения приходилось посылать за книгами в Англию. На американском континенте массовое хождение имели только “священные книги”. Франклин сообщает, что он прежде всего предложил, чтобы все члены “Хунты” снесли в одну комнату свои личные книги и превратили их в общественное достояние. “Увидев преимущества, которые представляла эта маленькая коллекция книг, — сообщает он в главе шестой “Автобиографии”, — я предложил расширить круг читателей, организовав библиотеку на основе общественной подписки”. Он собрал сначала 50 человек — особых любителей книги, которые согласились внести вступительный взнос в размере 40 шиллингов и платить ежегодно 10 шиллингов для пополнения библиотечного фонда. На эти деньги стали выписывать новые книги, и была таким образом создана библиотека. Франклин с удовлетворением сообщает, что вслед за этой библиотекой стали организовываться библиотеки во всех других городах и провинциях. “Число библиотек, — пишет Франклин, — увеличивалось благодаря частным пожертвованиям, чтение вошло в моду, и наш народ за неимением публичных развлечений, которые отвлекали бы его от занятий, стал более начитанным, так что через несколько лет иностранцы отмечали, что у нас люди были более развиты и сведущи, чем люди того же общественного положения в других странах”.
Много внимания уделил Франклин созданию в Северной Америке новых учебных заведений. Ему принадлежит заслуга организации так называемой Академии, дававшей возможность молодежи из рядов третьего сословия получать университетское образование. Руководителем этой Академии был избран сам Франклин.
Можно сказать без преувеличения, что нет той области народного образования, где бы Франклин не сказал своего слова, не провел бы мероприятий, содействующих борьбе с невежеством и средневековыми предрассудками.
Как выдающийся философ-просветитель, Франклин особенно большое внимание уделял вопросам морали. Он не был сторонником атеистической морали, подобно Гольбаху и Гельвецию. Уступая теологам, Франклин вместе с Монтескье готов признать, что религиозная мораль содействует облагораживанию нравов. Но вместе с тем он, как и другие просветители, — горячий сторонник светской морали. Понимая под моралью правила и нормы поведения людей, Франклин был глубоко убежден, что эти нормы создаются самими людьми, зависят от людей и имеют мало отношения к заповедям религии.
Франклином написан целый ряд работ по вопросам морали. Однако он считал, что его “Автобиография” является своеобразным учебным пособием по морали. Он начинает главу первую “Автобиографии” с обращения к своему сыну, как бы желая этим сказать: учти опыт своего отца и поступай таким же образом, как и твой отец. “Удача мне неизменно сопутствовала, — заявляет Франклин, — даже в позднейший период моей жизни, а поэтому не исключена возможность, что мои потомки захотят узнать, какими способами я этого достиг… Кто знает, вдруг они, находясь в подобных же обстоятельствах, станут подражать моим действиям”.
Таким образом, уже с самого начала “Автобиографии” Франклин отмечает человеческий, светский, сугубо земной характер моральных требований. Это в своеобразном, американском оформлении просветительская мораль разумного эгоизма.
Поскольку мораль, с точки зрения Франклина, создается людьми, а не богом, от людей зависит сделать свое поведение достойным, полезным для каждого человека в отдельности и для общества в целом. Он утверждает, что морали можно –и должно учиться. Франклин подробно сообщает в “Автобиографии”, как он замыслил смелый и трудный план достижения морального совершенства. Я пожелал жить, указывает американский мыслитель, никогда не совершая никаких ошибок, победить все то плохое, к чему меня могли толкать соответствующие обстоятельства. Вначале может показаться, рассуждает Франклин, что после ответа на вопрос, что хорошо и что плохо, человек в состоянии легко совершать хорошие поступки и с такой же легкостью отказываться от дурных поступков. Однако вскоре Франклин обнаружил, что он поставил перед собой гораздо более сложную задачу, чем предполагал вначале. В то время как его внимание было занято тем, как бы избежать одной ошибки, он сплошь и рядом совершенно неожиданно для себя совершал другие ошибки. Стремясь действовать разумно, человек иногда оказывается в плену своих укоренившихся дурных привычек или склонностей. В итоге Франклин пришел к мнению, что простого разумного убеждения недостаточно для предохранения человека от промахов. 
Вредные привычки, по словам Франклина, являются той самой причиной, которая мешает добиваться устойчивого нравственного поведения, поэтому он считает, что вредные привычки нужно всячески искоренять в себе. Чтобы способствовать этому, Франклин разработал свой собственный метод, основная идея которого заключается в выработке главных “моральных добродетелей”. Человек должен уяснить для себя те приемы, которые сделают добродетели обязательной и естественной нормой поведения. 
Добродетели эти, если следовать мысли Франклина, не имеют никакого отношения к религии. Он выделяет тринадцать таких “добродетелей”, первая из которых значится как “воздержание”. В это понятие Франклин вкладывает не принцип аскетизма, широко распространенный в средние века, а право человека удовлетворять свои потребности согласно принципу разумного эгоизма. В качестве примера Франклин приводит то, что порой перенасыщение организма пищей может нанести ощутимый вред пищеварению, а значит и всему человеческому телу. Франклин считает, что все, что вредит организму человека, его телу, является аморальным. Поэтому и “воздержание” по Франклину не имеет ничего общего с идеей умерщвления плоти, проповедуемой в средние века аскетами.
Франклин призывает говорить только то, что может принести пользу говорящему и окружающим людям. Это требование составляет второй моральный принцип, который называется “молчание”. Этот принцип скрыто идет в разрез с мнениями теологов, отрицая высшую ценность проповедей. 
“Порядок” – вот третья добродетель, которую называет Франклин. Говоря о порядке, он имеет в виду не порядок физический, а систематическую организованность человека и всех его действий.
Особое место в списке добродетелей Франклин уделяет “трудолюбию”. Он призывает постоянно заниматься какими-либо полезными делами, не теряя времени зря, отказываться от всех ненужных действий. Соблюдая эти условия человек действительно сможет считаться трудолюбивым, и следовательно окажется на ступень ближе к тому, что называется человеком моральным. 
Говоря о принципе трудолюбия, Франклин выступает как критик паразитического образа жизни феодалов и рабовладельцев, а также снова осуждает служителей церкви.
Также в списке добродетелей Франклин упоминает “решительность”, “бережливость” и т. д.
Особо следует отметить тринадцатую “добродетель”, в которой Франклин призывает “подражать Иисусу”. Пожалуй, только в ней он как бы отдает дань религии. Но здесь сразу же следует заметить, что Иисуса Франклин рассматривает скорее как историческую личность, нежели как воплощение бога на земле, и ставит его в один ряд, например, с Сократом. Поэтому даже в этом принципе прослеживается его идея борьбы с духовенством. В произведении Франклина нет никаких следов догматов какого-либо конкретного вероисповедания. Он чистосердечно заявляет, что сознательно избегал их.
С неожиданной стороны открывается читателю седьмая глава “Автобиографии”, в которой Франклин признает существование бессмертной души, воздаяние за добродетели и наказание за пороки, “или здесь, или в загробной жизни”. 
Здесь Франклин уступает религиозной морали, вступая в противоречие с предшествующими своими утверждениями. Но, тем не менее, он не перестает подвергать критике официальные церковные догматы. Особой критике со стороны Франклина подвергается заявление о том, что добродетели будут вознаграждены, а пороки наказаны или на земле, или в загробной жизни, что является, в определенной степени ориентировкой церкви за мир загробный.
Франклин оспаривает это утверждение и говорит о том, что человек вправе ориентироваться не на мир потусторонний, а на мир земной. Он говорит о том, что вознаграждение за добродетели и наказание за пороки должно находить человека здесь, на этой земле, что эту точку зрения, а не религиозную установку, поддерживает большинство людей. Франклин считал, что люди во всем действуют, руководствуясь скорее не верой в бога и надеждой на лучшую загробную жизнь, а личными интересами. А ведь это далеко не альтруистические соображения, как говорит автор. К тому же, он считает, что наиболее передовые из людей с начала видят единство своих личных интересов и интересов отечества.
Правда следует заметить, что сам Франклин не скрывает того, что не во всех случаях борьбы за моральное усовершенствование он достиг желаемых успехов, и прямо сообщает об этом в своей “Автобиографии”. Не стоит упускать из виду и тот момент, что в трудах Франклина, посвященных морали и нравственности, содержится немало положений, которые сейчас рассматриваются как устаревшие и, в определенной степени, наивные. Но даже несмотря на все свои недостатки, идеи Бенджамина Франклина по праву можно считать передовыми идеями того времени.
Заключение
Бенджамин Франклин оставил после себя богатое творческое наследие Среди его многочисленных произведений были политические трактаты, эссе на философские темы и притчи, сатирические памфлеты и труды, касающиеся естественных наук. Однако особое место среди них по праву занимает “Автобиография” (1771-89), первое полное издание которой было выпущено в 1868 году на английском языке. Это произведение стало классикой американской литературы. 
А своей “Автобиографии” Франклин уделял огромное внимание развитию нравственного совершенствования. С этой целью он выделил 13 добродетелей: воздержанность, молчаливость, любовь к порядку, решительность, бережливость, трудолюбие, искренность, справедливость, умеренность, чистоплотность, спокойствие, целомудрие, кротость. К этим добродетелям должен был стремиться истинно моральный и нравственный человек. 
Эти и другие передовые идеи Просвещения, которые проповедовал Франклин, нашли отклик в душах наиболее продвинутых представителей русской общественности. Франклина ценили в России не только за его выступления, направленные на защиту интересов общественного прогресса. В нем видели великого дипломата и ученого, но самое главное, этот человек обладал высокими моральными и нравственными качествами, что добавляло ему уважения в глазах многих людей не только на его родине, но и в России. 
Список использованной литературы:
1. История американской литературы. М.: Изд-во Академии Наук СССР, - 1947.
2. История всемирной литературы. М.: “Наука”, - 1988.
3. Вениамин Франклин. Избранные произведения. М.: “Политическая литература, - 1956.
4. Материалы сети Internet.