УГОЛОВНАЯ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ ЗА БАНДИТИЗМ
Содержание 
Введение 
Глава 1. Очерк развития российского уголовного законодательства об ответственности за бандитизм 
Глава 2. Понятие бандитизма 
§1. Объективные признаки бандитизма 
§2. Субъективные признаки бандитизма 
Глава 3. Отграничение бандитизма от смежных составов преступлений 
Глава 4. Индивидуализация наказания за бандитизм 
Литература 
Введение 
В последнее время в общей структуре преступности значительно возросла организованная преступность, одной из разновидностей которой является бандитизм. Он сопряжен с вооруженными нападениями на организации и граждан. Последние особенно уязвимы, так как под угрозу становится не только их собственность, но и жизнь. 
Долгое время считалось, что в советском обществе нет и не может быть бандитизма, поэтому число лиц, привлекаемых за бандитизм, было крайне незначительным. Этому способствовали в какой-то степени и недостаточная подготовленность работников правоохранительных органов к применению нормы о бандитизме в силу сложности данного преступления, неразработанности признаков состава бандитизма, в результате чего отдельная часть бандитских нападений квалифицировалась как разбойные нападения. Участие в банде зачастую расценивалось не как оконченное преступление, а как пособничество разбою или даже грабежу. В силу такой практики уголовной ответственности за бандитизм подлежали не все участники банды, что значительно снижало эффективность борьбы с данным преступлением. 
Анализ статистических данных о состоянии преступности на территории Российской Федерации показывает, что в настоящее время наметилась явная тенденция к росту случаев бандитизма. 
1993 г . 	1994 г . 	1995 г . 	1996 г . 	1997 г . 	1998 г . 	1999 г . 	
44 	249 	304 	316 	374 	513 	523 	
  
Рост фактов бандитизма в 1998 году в России в сравнении с 1997 годом, составил 37,2%, причем наибольшее количество этих преступлений учтено в городах Москве, Санкт-Петербурге, Новосибирской, Ростовской, Кемеровской областях и в некоторых других субъектах Российской Федерации. На Северном Кавказе зарегистрирован 71 факт бандитизма (+4,4%), то есть 13,8% от всех преступлений этой категории. В 1999 г . число бандитских проявлений возросло еще на 1,9% (зарегистрировано 523 преступления). Резко увеличилось число банд и совершенных ими преступлений Красноярском и Приморском краях, Мордовской Республике, а также в Томской, Читинской, Калининградской, Пермской и Кировской областях и некоторых других районах. Наибольшее количество фактов бандитизма в 1999 году зарегистрировано в г. Москве (36), Приморском крае (36), Пермской области (22), Московской области (22) и Алтайском крае (18). В указанных пяти регионах выявлена почти треть всех фактов бандитизма в стране. 
Актуальность разработки данной проблемы объясняется тем, что не всегда правильно понимаются такие признаки состава бандитизма, как организация банды и руководство ею, участие в банде и участие в бандитских нападениях. Недостаточно полно выясняется, какие именно действия совершил каждый участник банды, не устанавливаются лица, способствующие бандитской деятельности. Допускаются ошибки как в отграничении рассматриваемого деяния от других, внешне схожих преступлений, так и в квалификации совершаемых бандой нападений по совокупности с иными деяниями, поскольку не все преступления, в которых приняла участие банда, охватывается понятием бандитизма. 
Глава 1. Очерк развития российского уголовного законодательства об ответственности за бандитизм 
Впервые термин «бандитизм» был применен при установлении Декретом СНК РСФСР от 20 июля 1918 года «О суде» подсудности Местных Народных судов и Окружных Народных судов, по которому рассмотрение дел о бандитизме, наряду с делами о посягательстве на человеческую жизнь, изнасиловании, разбое, подделке денежных знаков, взяточничестве и спекуляции, было отнесено к ведению Окружных народных судов. 
Далее о бандитизме было упомянуто в Постановлении ВЦИК РСФСР «О Всероссийской Чрезвычайной Комиссии» от 17 февраля 1919 года, в котором за чрезвычайной комиссией сохранялось право непосредственной расправы для пресечения преступлений при наличии вооруженных выступлений (контрреволюционных, бандитских и т.п.). В п.7 раздела 2 Декрета ВЦИК РСФСР от 20 июля 1919 года «Об изъятиях из общей подсудности в местностях, объявленных на военном положении» бандитизм определялся как «участие в шайке, составившейся для убийств, разбоя и грабежей, пособничество и укрывательство такой шайке». 
Впоследствии учитывая ответственность за бандитизм была предусмотрена ст.76 УК РСФСР 1922 года, в которой бандитизм определялся как «организация и участие в бандах (вооруженных шайках) и организуемых бандитами разбойных нападениях и ограблениях, налетах на советские и частные учреждения и отдельных граждан, остановки поездов и разрушения железнодорожных путей, безразлично, сопровождались ли эти нападения убийствами и ограблениями или не сопровождались». Стоит отметить, что в русском языке слово «шайка» и «банда» рассматриваются как синонимы и отмечается, что это «группа людей, объединившихся для разбоя, преступной деятельности». Слово «банда» обычно употребляется по отношению к «вооруженной шайке». Итальянское слово «банда» означало разбойничью или хулиганскую шайку. 
Статья 76 УК определяла бандитизм и по его конкретным признакам, и по санкции как одно из самых серьезных посягательств на авторитет и силу власти, как один из видов наиболее опасных противодействий нормальной деятельности власти. Наказание за перечисленные в ст.76 УК действия устанавливалось в виде расстрела с конфискацией всего имущества. Снижение наказания допускалось на срок не ниже 3 лет лишения свободы со строгой изоляцией и конфискацией имущества только при наличии смягчающих обстоятельств. Пособничество банде и укрывательство её членов и банды в целом, а также сокрытие добытого и следов преступной деятельности наказывается наравне с бандитизмом. Снижение наказания допускалось на срок не ниже 2 лет лишения свободы со строгой изоляцией и конфискацией имущества. 
Термин «банда» трижды упоминается в УК 1922 года в ст.ст. 25, 58, 76, но четкое определение банды ни в одной из статей не дается. В ст.76 законодатель приравнивает банды к «вооруженным шайкам». Тем самым дан один из признаков банды — «вооруженность». Банда считалась вооруженной, если и не все, а хотя бы один из бандитов вооружен, а остальные об этом осведомлены. 
Трудно определимым является характер объединения, необходимый для состава бандитизма. Банда определялась, как объединение, направленное на совершение нескольких конкретно еще не определенных преступлений. То есть, в качестве основного признака банды выступало спланение на совершение не одного преступления, а нескольких. Эта точка зрения подвергалась критике А.Н. Трайниным: «Если три участника планируют совершение двух преступлений, например, подлог или мошенничество, и ограничиваются этим, то господствующая теория признает здесь несомненно — банду. Если же другие лица, организовав сплоченную вооруженную группу замышляют только один налет, например, на государственный банк, то эта теория говорит: «здесь нет признаков банды», потому нельзя понимать совершение нескольких преступлений как единственный основной признак шайки. Основным признаком является: организация банды, руководство со стороны одних по отношению других. Этот признак заостряет внимание не на формальном признаке — числе преступлений, а на материальном — особенностях банды, как организованной единицы. 
Банда понималась как длительное и систематическое соучастие нескольких лиц в совершении преступлений, как «организационно-спаянный коллектив, подчиняющийся некоторому внутреннему регламенту», целью которого является совершение преступлений. Из этого следует, где нет организационной структуры, а только соучастие нескольких лиц, необходимо говорить не о бандитизме, а о совершении других преступлений, как грабеж или разбой. 
Тем не менее бандой считался не просто организационно сплоченный коллектив, созданный для совершения одного даже и особо тяжкого преступления. В данном случае недостаточно учитывалась бы общественная опасность банды, именно в качестве группы лиц, занимающаяся бандитизмом в качестве своей постоянной профессиональной деятельности. Поэтому не являлось решающим признаком для признания банды количество совершенных нападений, но в основе банды должно быть объединение лиц, согласившихся неоднократно совершать преступления, иначе была бы группа лиц по предварительному сговору. 
Организация банд, участие в организуемых бандами нападениях и участие в бандах — три вида действий, которые охватывались ст.76 УК РСФСР. Каждого из них достаточно для привлечения к уголовной ответственности за бандитизм: 1) Лицо может являться организатором банды, даже не входя в состав банды, и не участвуя в её нападениях; 2) Лицо может входить в состав банды, не являясь организатором банды, и, не участвуя в нападениях, совершаемых бандой; 3) Лицо может не являться организатором или участником (постоянным членом) банды, принимать участие в организуемых ею нападениях. В первых двух случаях возможна ответственность даже если организовавшаяся банда и не совершила конкретных нападений, в третьем случае, напротив, необходимо, чтобы имело место конкретное нападение банды. 
Ст.76 УК 1922 года устанавливала весьма широкий круг действий, образующий состав преступления бандитизма. Закон говорит о «разбойных нападениях, ограблениях и налетах на советские и частные учреждения и отдельных граждан, остановка поездов и разрушение железнодорожных путей». Данная формулировка охватывала вероятно все возможные действия банды. Считалось, что банда в своих действиях не всегда должна преследовать корыстную цель. Бандитские нападения могли совершаться с целью противодействия новой власти, с целью устранения населения. 
Часть вторая ст.76 УК предусматривала ответственность за «пособничество бандитам и укрывательство банд и отдельных её участников, а равно и сокрытие добытого и следов преступления». Здесь уголовный кодекс 1922 года предусматривал не участие в смысле ст.ст.15, 16 этого кодекса, а специальные виды ответственности за так называемую прикосновенность к бандам и бандитским нападениям. Данному виду ответственности подлежат любые лица, не исключая супругов и близких родственников участников банд. 
Дальнейшим этапом развития законодательства об ответственности за бандитизм стало принятие Уголовного Кодекса РСФСР 1926 года. В нем бандитизму была посвящена статья 59 3 . Уголовный кодекс оставил норму о бандитизме без изменения. Произошли определенные изменения, которые затрагивали, прежде всего, общую часть уголовного права, но нашли свое отражение и в статье, посвященной бандитизму. Так, в соответствии с принятым 31 октября 1924 года ЦИК СССР Основными началами уголовного законодательства Союза ССР и союзных республик уголовное право отказалось от понятия наказания, заменив его понятием мер социальной защиты, под которым понимались меры судебно-исправительного, медицинского и медико-педагогического характера. Это нововведение проявилось и в статье, предусматривающей уголовную ответственность за бандитизм. В дальнейшем теория и практика советского уголовного права признали ошибочность отказа от понятия наказания. 
В УК РСФСР 1926 года и в последующем уголовном законодательстве термин «шайка» больше не применяется, в юридической терминологии используется только слово «банда». 
Ст.17 Положения о преступлениях государственных (контрреволюционных и особо для СССР опасных преступлениях против порядка управления), утвержденного Постановлением ЦИК СССР от 25 февраля 1927 года, так определялся состав бандитизма: «Бандитизм, то есть организация вооруженных банд и участие в них и в организуемых ими нападениях на советские и частные учреждения или отдельных граждан, остановка поездов и разрушение железнодорожных путей и иных средств сообщения и связи». По сравнению с ранее действующей нормой были исключены «разбойные нападения, ограбления и налеты», как цели бандитских нападений, поскольку цели бандиты могут преследовать не только корыстные, но и иные (убийство, изнасилование, хулиганство и др.). 
4 августа 1933 года Президиум Верховного Суда РСФСР предложил квалифицировать по аналогии по ст.59 3 УК РСФСР кражи домашнего скота колхозников, находившихся на полевых работах, если эти кражи совершаются классово враждебными (кулацкими) элементами или совершались систематически, даже если эти преступления совершались невооруженными группами. 
После коллективизации сельского хозяйства и подавления сопротивления со стороны крестьянства уголовная ответственность за бандитизм стала применяться реже. Это можно было бы объяснить двумя обстоятельствами. Во-первых, всякая вооруженная организованная деятельность, особенно связанная с разрушением железных дорог и иных средств сообщения и связи, стала квалифицироваться по иным статьям о государственных преступлениях, в частности по ст.ст. 58-9 УК (диверсия), 58-11 (контрреволюционная организация). Во-вторых, организованная уголовная преступность была в значительной мере подавлена. Это дало основание Саратовскому юристу Антонову в 1936 году заявить, что «в настоящее время бандитизм находится в состоянии разложения. С одной стороны, он вырождается в воровстве, с другой — в измену Родине и террористический заговор». 
Представляет также интерес тот факт, что 7 августа 1932 года было принято совместное постановление ЦИК и СНК СССР «Об охране имущества государственных предприятий, колхозов и кооперации и укреплении общественной (социалистической) собственности». В соответствии с этим постановлением совершенное бандой хищение социалистической собственности должно было квалифицироваться по совокупности преступлений — хищение социалистической собственности (закон от 7 августа 1932 г .) и бандитизм (ст.59 3 УК РСФСР). Практическое значение такой совокупности обусловливалось санкцией закона от 7 августа 1932 г ., которая не допускала применение амнистии к лицам, осужденным по этому закону. 
14 февраля 1936 года Президиум Верховного Суда СССР своим постановлением определил, что грабеж, а тем более групповой, с применением насилия, должен квалифицироваться по ст.59 3 УК независимо от того, были ли обвиняемые вооружены или нет. 
К концу 30-х, началу 40-х годов с уменьшением профессиональной преступности в определении банды решающее значение приобретают признаки вооруженности и устойчивости. По постановлению Пленума Верховного Суда от 8 января 1942 года «О квалификации некоторых видов кражи личного имущества граждан в условиях военного времени» совершенные неоднократно или группой лиц или лицами, ранее судимыми за хищение или при иных отягчающих обстоятельствах кражи личного имущества граждан во время воздушного налета врага, при оставлении населенного пункта в связи с появлением или приближением врага, эвакуированных граждан в пути или в прежнем месте жительства, квалифицировались по аналогии по ст.59 3 УК РСФСР (бандитизм) и по соответствующим статьям УК других союзных республик. 
В послевоенные годы в системе НКВД и затем МГБ СССР было создано главное управление по борьбе с бандитизмом (ГУПБ). Наиболее широкая практика применения ст.59 3 УК имела место в борьбе с вооруженными формированиями ОУН в Западной Украине и Прибалтике. Так же является Указ Президиума Верховного Совета СССР от 13 января 1953 года «О мерах по усилению борьбы с особо злостными проявлениями бандитизма среди заключенных в исправительно-трудовых лагерях». Понятие бандитизма в Указе не раскрывалось, а сам Указ широко применялся при подавлении массовых беспорядков среди заключенных в системе ИТЛ. 
После подавления сопротивления вооруженных формирований в Западной Украине и Прибалтике применение ст.59 3 УК резко пошло на убыль. В 50-е, 60-е годы ученые, занимавшиеся исследованием бандитизма, продолжали делать вывод о том, что бандитизм перестал иметь черты государственного преступления. «Бандитизм практически изжит. В настоящее время о бандитизме чаще всего приходится говорить в связи с разбойными нападениями, совершаемыми вооруженными группами», — писал в 50-е годы Гришанин П.Ф. 
Нельзя не отметить тот факт, что в УК РСФСР 1926 г . статья о бандитизме помещена не в главу «Преступления против порядка управления», а в главу «Особо для Союза ССР опасные преступления против порядка управления». В связи с этим можно говорить о том, что государство признавало бандитизм одним из наиболее опасных преступлений. 
Необходимо также упомянуть о том, что в ст.59 3 УК РСФСР 1926 года уже не было второй части как ранее, которая предусматривала ответственность за пособничество бандитам и укрывательство банд и отдельных их участников. Теперь пособники и укрыватели отвечали как соучастники на общих основаниях, через соответствующую статью общей части Уголовного кодекса. 
Уголовный кодекс 1960 года в ст.77 предусматривал уголовную ответственность за бандитизм в редакции ст.14 «Закона об уголовной ответственности за государственные преступления». В этой норме бандитизм определялся как «организация вооруженных банд с целью нападения на государственные, общественные учреждения или предприятия, либо на отдельных лиц, а равно участие в таких бандах и в совершаемых ими нападениях». 
Как и в ранее действовавших кодексах, в Уголовном кодексе 1960 года остались три способа совершения данного преступления, а именно это — организация вооруженных банд с целью нападения на государственные и общественные учреждения или предприятия либо на отдельных граждан, участие в банде, участие в совершаемых бандой нападениях. 
17 июня 1960 года было принято постановление Пленума Верховного Союза ССР, в котором указывалось, что «банда представляет собой устойчивую вооруженную группу из двух и более лиц, предварительно сорганизовавшихся для нападений на государственные и общественные учреждения или предприятия либо на отдельных лиц». 
В науке и практике выделялись ряд признаков необходимых для наличия банды: 
1. Наличие группы (двух и более лиц); 
2. Банда — это всегда вооруженная группа лиц. Под вооруженностью понимается наличие в распоряжении банды холодного или огнестрельного оружия, предназначенного для осуществления нападений. Не обязательно, чтобы оружие было у каждого члена банды,   достаточно наличия оружия хотя бы у одного из них. 
Верховный Суд СССР в то время указывал, что «под оружием следует понимать предметы, предназначенные исключительно для поражения живой цели, не имеющие иного хозяйственного назначения, и при этом предметы, для права пользования которыми, но даже ношения и хранения которых требуется специальные разрешения. Не могут рассматриваться как оружие такие предметы, как макеты огнестрельного и холодного оружия, так как никакой реальной убойной силы они не имеют». 
3. Банда — это устойчивая группа лиц. Устойчивость предполагает объединение группы лиц для совершения преступных действий. Для бандитизма требуется, чтобы совершение преступлений участниками предполагалось не в виде одного только намеченного акта нападения, после чего группа должна прекратить свое существование, а в виде постоянной или временной деятельности, рассчитанной на неоднократность совершения преступных действий. Таким образом, бандитизм предполагает группу, созданную не для осуществления одного преступного действия, а для осуществления преступной деятельности. 
Бандитизмом являлась и организация банды. Организация может выражаться в подыскании и подборе соучастников, разработке планов нападений, приобретении оружия и других действий, направленных на создание устойчивой вооруженной группы. 
Банда считалась организованной с момента согласия её участников принять участие в деятельности банды, хотя бы банда не совершила еще ни одного нападения. Действия участников банды могли выразиться в сокрытии членов банды, орудий преступления, имущества, добытого преступным путем, в предоставлении средств нападения, в участии в нападениях и других действиях. 
Участие в организуемых бандой нападениях имело место в случаях, когда нападение в составе бандитской группы осуществлялось лицом, не являющимся участником банды. 
Представление орудий и средств совершения преступлений, оказание помощи иным путем банде в осуществлении ею нападения, до самого нападения лицом, которое не входило в состав банды, должно рассматриваться как пособничество бандитизму. Оказание помощи банде, в момент осуществления ею нападения, должно рассматриваться как исполнение бандитизма. 
Нападения при бандитизме могут быть совершены на государственные или общественные учреждения или предприятия. Они могут быть связаны с хищениями, повреждениями или разрушением имущества; применением насилия к работникам этих учреждений, освобождением арестованных из-под стражи и т.д. Нападения на граждан могут сопровождаться убийствами, нанесением тяжких телесных повреждений, изнасилованиями, ограблениями. Совершение всех указанных действий охватывались понятием бандитизма (нападения при бандитизме) и не требует дополнительной квалификации по статьям, предусматривающим специальную ответственность за совершение этих преступлений. 
Закон не дифференцировал ответственность членов банды в зависимости от их роли в совершенном преступлении. Все члены бандитской группы должны были отвечать за всю совокупность преступлений, совершенных бандой, осуществление которых входило в преступный план банды. В каждом конкретном случае органы следствия и суд должны были точно определить, в чем же выразилась преступная деятельность того или иного соучастника, так как это обстоятельство существенно может повлиять на назначение меры наказания. 
Субъектом бандитизма могло быть лицо, достигшее шестнадцатилетнего возраста. Лица в возрасте от четырнадцати до шестнадцати лет, организовавшие банду, примкнувшие к ней или принявшие участие в организуемых бандой нападениях, несут уголовную ответственность только за преступления, предусмотренные ст.10 (ответственность несовершеннолетних) УК РСФСР 1960. 
Большинство из перечисленных положений, существенных для ответственности за бандитизм по кодексу 1960 г ., подобным же образом раскрывались и в ранее действовавших кодексах. 
Тем не менее произошел ряд изменений. Из статьи о бандитизме исчезли такие способы совершения данного преступления как «остановки поездов и разрушение железнодорожных путей и иных средств сообщения». 
В санкции статьи о бандитизме появился новый вид наказания. В соответствии с Указом Президиума Верховного Совета СССР от 18 мая 1961 года «О внесении изменений и дополнений в Закон об уголовной ответственности за государственные преступления» за бандитизм в качестве дополнительной меры наказания может назначаться ссылка сроком от двух до пяти лет. 
С течением времени по разному решался вопрос о соотношении бандитизма с другими общественно-опасными деяниями, например, убийством или хищениями. 
Так, в постановлении Пленума Верховного Суда СССР от 25 октября 1959 года «О судебной практике по делам о бандитизме» было специально отмечено, что в случае совершения во время бандитского нападения убийства, изнасилования или грабежа, содеянное должно квалифицироваться только как бандитизм, без ссылки на соответствующие статьи, предусматривающие ответственность за преступления против личности и собственности, поскольку объективная сторона бандитизма схватывает, в частности, и совершения подобных преступлений. Эта позиция Верховного Суда СССР была подтверждена в постановлении Пленума от 27 июня 1975 года «О судебной практике по делам об умышленных убийствах», где указывалось, что убийство при бандитских нападениях охватывается признаками бандитизма и дополнительной квалификации по ст.102 УК РСФСР и соответствующим статьям уголовных кодексов союзных республик не требует. Однако 22 декабря 1992 года Пленум Верховного Суда РСФСР в постановлении «О судебной практике по делам об умышленных убийствах» предложил квалифицировать умышленное убийство, совершенное участниками банды при нападении, по совокупности преступлений как бандитизм и умышленное убийство. Кроме того, Пленум Верховного Суда в постановлении от 27 апреля 1993 года «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с наркотическими средствами, сильнодействующими средствами и ядовитыми веществами» рекомендовал по совокупности преступлений квалифицировать хищения наркотических средств, совершенных бандой, по ст.ст.77 и 224 1 УК РСФСР. 
В силу ряда известных политических причин о бандитизме, который воспринимался как антигосударственное явление, с 50-х и до середины 80-х годов предпочитали, в основном, вспоминать в ракурсе исторического прошлого страны. А выявленные факты бандитизма рассматривались как отдельные экзотические случаи. Однако с середины 80-х годов в условиях стихийного неконтролируемого накопления капитала и слияния его с теневым капиталом, накопленным за предыдущие годы, как отмечалось в специальной литературе, привело к появлению сначала стихийных, а затем организованных форм реагирования криминальной среды в виде рэкета и других форм корыстно-насильственных преступлений, посягающих на образование класса — обладателей крупного капитала. О тенденции развития организованных преступных групп бандитской направленности свидетельствуют следующие данные: 1993 г . — 87; 1994 г . — 267; 1996 г . — 235; 1997 г . — 423; 1998 г . — 513; 1999 г . — 523 (без данных по Чечне) организованных преступных групп бандитской направленности. 
Рост бандитизма и потребности следственной судебной практики вызвали необходимость появления новых рекомендаций Верховного Суда РФ, что проявилось в принятии Пленумом Верховного Суда постановления №9 от 21 декабря 1993 года «О судебной практике по делам о бандитизме». В п.10 названного постановления предложено квалифицировать дополнительно преступные последствия бандитских нападений, образующие самостоятельный состав тяжкого преступления (ст.7 1 УК РСФСР). 
В ныне действующем УК 1996 года состав бандитизма определен в ст.209, содержание диспозиции которой заметно отличается от ст.77 УК РСФСР, как по терминологии, так и по числу конструктивных признаков. О значимости, придаваемой Верховным Судом РФ правильному применению ст.209 УК РФ, свидетельствует то, что первым постановлением Пленума Верховного Суда РФ, принятым после введения в действие УК РФ, стало постановление №1 «О судебной практике по делам о бандитизме» от 17 января 1997 года. Указанное постановление по подавляющему большинству позиций подтвердило преемственность ранее действовавшего постановления, хотя и было внесено ряд изменений. 
Глава 2. Понятие бандитизма 
§1. Объективные признаки бандитизма 
В уголовном кодексе норма об ответственности за бандитизм расположена в главе 24 «Преступления против общественной безопасности». Под общественной безопасностью следует понимать совокупность определенных отношений, регулирующих безопасность существования личности в определенной социальной системе. Эта социальная система включает в себя разнообразные стороны общественной жизни человека, и может пониматься как в широком, так и в узком смысле. 
Безопасность человеческого существования должна относиться ко всем сферам его жизни, как общественной, так и личной. Так, например, гражданин должен быть уверен, что его служебная, общественная деятельность, связанная, к примеру, с обращением с опасным веществом, не принесет ему ущерба, так как он сам и другие, причастные к этой деятельности лица, соблюдают соответствующие правила обращения с опасными веществами. Это пример общественной безопасности в узком смысле, которая в то же время является составной частью общей безопасности или безопасности в широком смысле. Человек, находясь в своем жилище, не заключает в себе какие бы то ни было социальные функции и в этот момент на него не распространяются специфические общественные отношения, заключающиеся в соблюдении производственных правил безопасности, но в то же время как человеческая особь, он имеет право на свое безопасное проживание, при котором будут нормально функционировать его физические и психические параметры. Личность человека в этот момент охраняют другие правила, направленные на обеспечение его безопасности. Так, проживающие с ним члены семьи или соседи, обязаны в своих жилищах соблюдать правила хранения огнестрельного оружия, к примеру охотничьего, если у них имеется на него разрешение, чтобы им не воспользовались посторонние лица и не поставили под угрозу безопасность других лиц. 
Таким образом, общественная безопасность имеет многие составляющие, но все они сводятся к соблюдению тех или иных правил поведения в какой-то определенной сфере. 
Имеются общие, обычные правила общественной безопасности, которые направлены на охрану нормальной жизни человека и обеспечивают его право на жизнь, на охрану личной неприкосновенности, а также неприкосновенности жилища. Все эти правила гарантируются Конституцией Российской Федерации (ст.ст.20, 22, 25) и обеспечиваются соблюдением общественной безопасности, которая охраняется и уголовно-правовыми средствами путем установления уголовной ответственности за деяния, нарушающие или ставящие под угрозу нарушения нормальное состояние общественной безопасности. Каждый член общества должен воздерживаться от совершения действий, которые могут привести к нарушению перечисленных прав гражданина, гарантированных Конституцией. 
Бандитизм опасен тем, что участники преступной группировки вооружены и в любой момент могут применить имеющееся у них оружие. Тем самым они ставят под угрозу жизнь неопределенного числа людей, если к тому же еще и учесть, что большинство таких группировок имеют в своем арсенале не только обычное оружие, но и взрывные устройства, гранаты, мины. Совершая нападения на предприятия, учреждения и организации, в которых, по расчету такой группировки, нет людей, её участники в силу своей вооруженности готовы применить оружие к любому оказавшемуся там человеку. Этим бандитизм представляет опасность для всего общества в целом. Таким образом, непосредственным объектом рассматриваемого преступления являются общественные отношения, обеспечивающие общую безопасность граждан как членов общества. 
В ст.209 УК РФ создание банды или руководство ею предусмотрены как самостоятельный состав преступления (ч.1) и отделены от участия в банде или в совершаемых ею нападениях (ч.2). Кроме того, и те и другие действия, совершенные лицом с использованием своего служебного положения (ч.3), выделены в квалифицированный состав. 
Исходя из закона, статей 35 и 209 Уголовного кодекса, а также постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 января 1997 года №1 «О практике применения судами законодательства об ответственности за бандитизм», банду можно определить как устойчивую вооруженную группу или организованную вооруженную группу из двух или более лиц, предварительно объединившихся для совершения одного или нескольких вооруженных нападений на граждан или организации. Для правильного понимания природы банды необходимо уяснить точное содержание ряда признаков банды, содержащихся в этом определении. 
Банда выступает как устойчивая вооруженная группа, преступная организация, отличающаяся от прочих видов соучастия качественными характеристиками. Под преступной организацией следует понимать стойкое объединение, сорганизовавшихся для совершения преступлений, имеющее «руководителя» и «подчиненных», где распределение деятельности тщательно продумано. Участники такого преступного сообщества могут и не знать друг друга и даже не слышать друг о друге, но «работать» под руководством одного объединенного центра и быть связанными между собой единством преступных намерений. 
Таким образом, банда, как одна из разновидностей группового преступления, характеризуется множественностью участников (два и более), непосредственным участием каждого из них в обеспечении выполнения действий, составляющих объективную сторону одного и того же состава преступления; существование преступного намерения совместным участием всех лиц, объединившихся в банде от выполнения интеллектуальных функций до приложения непосредственных физических усилий. Вклад каждого участника банды в общую преступную деятельность может быть неравнозначен по объему, но в совокупности он в конечном итоге приводит к выполнению объективной стороны бандитизма. 
Каждый из участников сообщества принимает на себя определенные обязательства, вытекающие из его целей. Любой акт преступной деятельности того или иного участника, совершаемый в направлении достижения общей для соучастников цели, является актом индивидуальной воли того или иного участника и в то же время является выражением согласованных преступных устремлений участников сообщества в целом. Поэтому если все эти фактические обстоятельства не были известны субъекту и не охватывались его умыслом, его действия нельзя квалифицировать по ст.209 УК РФ. Так, например, члены банды Петров и Сергеев, подготовив нападение на коммерсанта Титова, склонили к участию в совершении преступления Сваровского, который должен был подвезти их к гаражу Титова, местонахождение которого они узнали до этого, проследив за ним, и подождать Титова. При этом Сваровскому было сказано, что Петров и Сергеев идут «брать коммерсанта» Титова и чтобы он ждал их с похищенным. В такой ситуации Сваровский не мог предполагать, что перед ним члены банды, совершающие одно из очередных бандитских нападений. Томский областной суд, рассматривающий это дело, правильно усмотрел в действиях Сваровского состав разбоя, а не бандитизма. 
Важное значение для признания группы бандой имеет степень согласованности, субъективной связанности всех участников, которые можно определить понятием организованности, хотя этот критерий требует расшифровки. Организованность как признак бандитизма, выражается в установлении определенных организованных форм связи между всеми участниками, которые выражаются в иерархическом строении и распределении функций, согласованности действий, готовности к выполнению общих задач в соответствии с ролью в преступном сообществе. 
При более высокой степени организованности и устойчивости присутствует более строгая внутригрупповая дисциплина, уже само по себе членство в банде означает беспрекословное выполнение приказов руководителей банды. У сформировавшихся банд существуют свои особые приемы и методы преступной деятельности, предварительное подыскание объектов нападения, особый стиль их совершения. 
Так, Томским областным судом по ст.209 УК РФ были осуждены Башков, Файзулин и другие к различным срокам лишения свободы за совершение ряда бандитских нападений в период с мая 1997 года по февраль 1998 года. Данная банда избирала объектами своих нападений круглосуточные магазины и киоски. Нападения, как правило, совершались в 4-5 утра, когда в киосках и поблизости находилось минимальное количество людей. Между участниками банды были четко распределены обязанности: один, угрожая оружием, удерживали продавцов и охранников, другие забирали из кассы денежную выручку и товары, третьи ожидали неподалеку с транспортом для безопасного ухода. Всего данной бандой было совершено более десяти бандитских нападений. 
При более высокой степени устойчивости прослеживается более продуманная конспирация, установление особой техники связи между отдельными членами банды. 
На протяжении ряда лет и наука и судебная практика в качестве одного из обязательных признаков бандитизма называла устойчивость, как характерную особенность вооруженной группы, организовавшейся для совершения нападений. Первоначально, до 50-х годов его связывали в основном с количеством задуманных и совершенных преступлений, со второй половины 50-х годов крен при определении этого признака делался в сторону установления характера связей между членами преступного сообщества. Под устойчивостью понималось «предварительный сговор и преступные связи между участниками, единство преступных целей, распределение функций между участниками преступного сообщества, предварительное установление объектов и способов преступной деятельности. Указанный признак важно использовать при анализе определенных действий в качестве бандитских. Но при этом надо использовать как его качественные, так и количественные характеристики. 
Под устойчивостью следует понимать постоянную или временную преступную деятельность, рассчитанную на неоднократность совершения преступных действий, относительную непрерывность в совершении преступных действий. Перерывы в совершении преступлений могут иметь место, но банда как сплоченное формирование продолжает функционировать на интеллектуальном уровне, готовя очередное нападение, при этом каждому участнику банды доверяется исполнение определенных действий как по планированию преступления, так и по непосредственному совершению в будущем действий, направленных на совершение преступления. 
Устойчивость банды выражается в стабильности её состава, тесной взаимосвязи между её членами, согласованности их действий, постоянстве форм и методов преступной деятельности, длительности существования и количестве совершенных преступлений (п.4 указанного постановления пленума Верховного Суда РФ от 14.01.97 №1). 
Об устойчивости группы свидетельствует способность её членов восстанавливать свою структуру с целью продолжения преступной деятельности в случае ареста её отдельных членов, их смерти и т.п. 
Говоря о составе банды, можно отметить, что за время её функционирования он может существенно меняться. Некоторые участники банды задерживаются органами внутренних дел после совершения иных преступлений и несут за них ответственность, умалчивая о своем членстве в банде. Другие, оказавшись под подозрением правоохранительных органов, отходят от дел, в том числе и активные члены банды. Однако лидер банды почти всегда остается неизменным. 
Важнейший элемент устойчивости — предварительный сговор. Предварительный сговор должен иметь место до совершения преступления, в противном случае соучастники не составят преступной организации. Соглашение должно быть именно о совместных действиях. Соучастники могут договариваться либо все вместе о преступной деятельности, либо один соучастник может договориться с каждым последующим, но каждый последующий должен быть осведомлен, о том, что в организацию входят и иные лица, усилия которых направлены на достижение общей цели. Лицо, вступающее в уже созданную банду, как бы входит в сговор с каждым вступившим ранее и присоединяет свои усилия к общей преступной деятельности, независимо от форм её правления. 
Нападение — один из обязательных признаков состава бандитизма, прямо указанный в законе. В Уголовном кодексе Российской Федерации это понятие не определяется, хотя применение этого понятия довольно часто. В толковых словарях под термином нападать понимается: приступать или наступать против кого-нибудь, чего-нибудь, кинуться, броситься на кого-либо, сделать что-либо с целью разгрома, уничтожения, нанесения ущерба. Нападение — это быстрое, стремительное действие, предпринятое с целью захвата, нанесения урона, ущерба и т.п. 
В уголовно-правовом смысле нападение — это агрессивное противоправное действие, совершаемое с какой-либо преступной целью и создающее реальную и непосредственную опасность немедленного применения насилия как средства достижения этой цели. В качестве обязательного оно введено в состав бандитизма. Вместе с тем нападение составляет определенную форму, в которой как её содержание заключено насилие. Таящаяся в нападении опасность насилия может быть немедленно реализована нападающим путем физического воздействия на личность потерпевшего, т.е. нападение всегда сочетается с таким насилием, которое осуществляется либо путем непосредственного применения физической силы со стороны нападающего с применением оружия или сопряжено с непосредственно и недвусмысленно выраженной угрозой его применения. Нападение в п.6 постановления Пленума Верховного Суда РФ «О судебной практике по делам о бандитизме» от 17.01.97 №1 следует понимать активные, очевидно агрессивные действия банды, направленные на достижение преступного результата путем применения насилия над потерпевшим либо создание реальной угрозы его немедленного применения, причем безразлично, использовалось имеющееся у членов банды оружие или нет. 
Нападение при бандитизме может выражаться в различных формах и совершаться с различными целями, и, как правило, сопровождается либо насилием, либо угрозой его применения, чаще всего — физической расправой. 
Нападение — это процесс воздействия на потерпевшего, заключающий в себе реальную опасность применения насилия в течение определенного промежутка времени, в котором осуществляется нападение. Поэтому нападение — это действие или угроза действием, неразрывно связанным с насилием. 
При нападении при бандитизме может быть использовано и психическое насилие в форме угрозы применения к потерпевшему немедленного физического насилия. При этом угроза должна быть реальной. Так, в случае, когда члены банды не применили еще физическое насилие, всегда существует психическое насилие, направленное против потерпевшего. «Нападение вооруженной банды образует окончательный состав преступления и в тех случаях, когда имевшееся у членов банды оружие не применялось, а цель преступления достигалась за счет высказанной или очевидной для потерпевшего угрозы её применения». 
Вооруженность является существенным признаком банды, то есть устойчивая группа должна располагать огнестрельным или холодным оружием в связи с преступной деятельностью по совершению нападения. Однако наличие оружия в организованной группе не всегда образует признак вооруженности. Например, если оружие приобреталось группой лиц для совершения с ним впоследствии спекулятивных сделок. В этом случае признак вооруженности и банды не будет присутствовать, так как целью членов группы была его перепродажа с целью получения наживы, а не использования для совершения нападений. 
Кроме того, к оружию, чтобы оно составляло признак вооруженности банды, предъявляются четкие требования, зафиксированные ФЗ «Об оружии», то есть под оружием следует понимать предметы, исключительно предназначенные для поражения живой цели и не имеющие иного хозяйственного назначения. Оно может быть огнестрельным, холодным и оружием взрывного действия. При решении вопроса о признании оружием предметов, используемых членами банды при нападении, прежде всего необходимо руководствоваться положениями Закона Российской Федерации от 13.11.96 №150-ФЗ «Об оружии» (действует с изм. и доп. от 21.07.98, 31.07.98, 10.04.2000), а также руководствоваться заключением экспертов (п.5 постановления пленума Верховного Суда РФ от 17.01.97 №1), поскольку не являющиеся на первый взгляд оружием предметы могут быть в соответствии с заключением эксперта являться таковым. Оружие в соответствии с этим законом делится на огнестрельное, холодное, метательное, пневматическое, газовое, сигнальное. Говоря о газовом оружии, следует подчеркнуть, что к нему относятся не только газовые пистолеты, но и механические распылители, аэрозольные и другие устройства, снаряженные, естественно, слезоточивыми или раздражающими веществами. Это положение базируется на том, что указанное оружие специально предназначено для поражения живой цели — человека. Сигнальное оружие предназначено для подачи световых, дымовых или звуковых сигналов и не может поражать живую цель. Однако если эти изделия специально переоборудуются членами банды для совершения нападений (например, ракетница или стартовый пистолет переделывается для стрельбы боевыми патронами и т.п.), то признак вооруженности имеет место, который установлен в качестве обязательного в ст.209 УК РФ. 
К оружию не относятся изделия, сертифицированные в качестве изделий хозяйственного назначения, а также бытового и производственного; спортивные снаряды, конструктивно сходные с оружием. 
Банды как вооруженное формирование может иметь иные предметы, относящиеся к военному снаряжению и обладающие способностью поражать живую цель. К ним относятся снаряды, мины, гранаты. В качестве взрывчатых веществ в такой преступной группе могут находиться взрывчатые вещества, химические соединения или механические смеси веществ, способные к быстрому, самораспространяющемуся химическому превращению — взрыву. К ним относятся тротил, аммониты, пластиды, эластиты, дымный и бездымный порох и т.п. 
В постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 25 июня 1996 г . «О судебной практике по делам о хищении и незаконном обороте оружия, боеприпасов и взрывчатых веществ» специальное внимание уделяется охотничьему оружию. Если охотничье гладкоствольное оружие имеет общую длину менее 800 мм или же сконструировано таким образом, что может складываться, сдвигаться, укладываться или разбираться при этом не теряя своей способности производить выстрел, то такое оружие признается изъятым из свободного гражданского обращения, организованная группа имеющая его на вооружении признается бандой. 
Поскольку бандитизм предполагает организацию вооруженной банды, то хранение и ношение огнестрельного оружия или холодного оружия охватывается признаками состава преступления, предусмотренного статье 290 УК и дополнительной квалификацией по ст.222 УК не требуется (незаконное хранение и ношение оружия). 
Если оружие для создания банды было похищено из государственных или иных предприятий, учреждений или у лиц, владевших им в силу возложенных на них обязанностей по осуществлению охранных функций, такие действия следует самостоятельно квалифицировать по ст.226 УК. 
Наличие в организованной группе только негодного оружия или предметов, имитирующих его, не может составлять такой обязательный признак банды как вооруженность. 
Образование банды предполагает, что её участники специально договорились о создании именно вооруженной банды, т.е. знают, что их группа обладает оружием, и знают, что оно может быть использовано при совершении нападения. Банда признается вооруженной, если оружие имеется хотя бы у одного из её участников. Это считается общепризнанным и не вызывает сомнений в судебно-следственной практике. Это положение также подтверждено в постановлении Пленума Верховного Суда РФ «О судебной практике по делам о бандитизме» от 17.01.1997 г. №1, п.5. Так Томским областным судом в ходе судебного разбирательства было установлено, что в середине сентября 1996 г . Карпов, Сыгин, Голованов — все они ранее знали друг друга, по обоюдной договоренности сорганизовались в устойчивую вооруженную группу (банду) для совершения разбойных нападений. С этой целью Карпов передал членам банды для использования при разбойных нападениях веревку, маску резиновой морды обезьяны, две маски-шапки, скотч-ленту, пластырь, перчатки. Сыгин с целью вооружения банды приготовил огнестрельное оружие — револьвер «Орбеа Эрманос», приобретенный у неустановленного следствием лица в мае 1994 г ., и 4 патрона к нему калибра 7,62 мм . Голованов и Сыгин в конце сентября 1996 г . арендовали квартиру № 14 в доме №12 по улице Набережной р. Ушайки, где до февраля 1997 г . собирались члены банды и: намечали объекты нападения, распределяли роли, обговаривали способы нападения на квартиры, хранили оружие и предметы для своей маскировки и для подавления сопротивления потерпевших, свозили похищенное имущество и сбывали его. В конце октября 1996 г . Голованов с целью вооружения банды приобрел у неустановленного следствием лица газовый пистолет 6П42 №762 НКО 5198 т четыре патрона к нему. В середине октября 1996 г . Фатхирахманов, ранее знакомый с Головановым и Сыгиным, узнав о существовании банды, с согласия её членов вошел в банду. 
В декабре 1996 г . Неизвестных С., зная также о существовании вооруженной банды, куда входили ранее её знакомые Голованов, Фатхирахманов и Сыгин, с которым она сожительствовала, согласилась и приняла участие в разбойных нападениях. Все члены банды были осведомлены о наличии оружия у Сыгина и Голованова. 
За период с сентября 1996 г . по январь 1997 г . указанной бандой в разном составе было совершено 8 преступлений. 
Однако встречаются случаи, когда вооруженная устойчивая группа не признается бандой и совершенное ею нападение квалифицируются как разбой. Такие ошибки в квалификации допускаются в отношении тех банд, вооруженное нападение которых не сопровождались причинением тяжких телесных повреждений или убийством потерпевших. Это противоречит закону, т.к. для наличия бандитизма не требуется, чтобы совершенные бандой нападения сопровождались причинением телесных повреждений или смерти. Целью создания банды является совершение вооруженных нападений на граждан или организации. В прошлом бандитизм совершался в политических целях, но в последнее время бандитские нападения преследуют цель получение материальной выгоды. Однако возможны случаи организации банды и в целях совершения изнасилований и иных преступлений против личностей, порядка управления и общественной безопасности, например для торговли наркотиками. И даже в том случае, если оружие было использовано только в целях устрашения потерпевшего или вообще не демонстрировалось, но имелось в наличии в момент нападения, то преступление, предусмотренное ст.209 УК РФ, является оконченным. Более того, преступление считается оконченным в случае создания устойчивой вооруженной группы лиц, объединившихся с целью совершения нападений по любым мотивам, но не свершивших таковые. 
В случае же причинения потерпевшим смерти, действие виновных должны квалифицироваться по совокупности преступлений (ст.209 УК и п. «з» ч.2 ст.105 УК). 
Для выполнения состава преступления, предусмотренного ст.209 УК необходимо совершить одно из действий, указанных в законе: 
1. создание вооруженной банды; 
2. участие в ней; 
3. руководство бандой; 
4. участие в совершаемых бандой нападениях. 
Организационные действия по созданию (ч.1 ст.209 УК) банды могут совершаться как одним лицом, так и несколькими лицами. Оконченным такие действия будут считаться с момента создания вооруженной банды, имеющей цель совершать нападения. Действия по организации вооруженной банды включают в себя подыскание лиц, готовых участвовать в бандитских нападениях, первоначальные действия по консолидации сил участников будущих нападений, подыскание вооружения как самим организаторам, так и иными лицами, которым 
Это поручено. Это первоначальная стадия формирования вооруженной банды, после чего можно сказать, что бандитская вооруженная группа создана. На следующем этапе существования банды действия её участников можно охарактеризовать как «участие в банде». 
В дальнейшем организатор может стать либо руководителем созданной вооруженной устойчивой группы, либо раствориться среди остальных участников банды, выполняя порученные ему задания уже новым руководителем. Лицо, организовавшее банду автоматически становится её участником. Последнее понятие как бы вбирает в себя первое, нельзя создавать банду и не участвовать в ней. Поэтому действия организатора-участника такой преступной группировки не требует дополнительной квалификации по ч.2 ст.209 УК по признаку участия в банде. Однако, если организатор, создатель банды затем принимая участие в совершаемых бандой нападениях, его действия по этому признаку должны квалифицироваться и по ч.2 ст.209 УК. Такова конструкция данной уголовно-правовой нормы: действия разных участников предусмотрены разными её частями. 
Может и сложиться такая ситуация, когда лицо, создавшее банду, сразу же выйдет из неё. В этом случае оно все равно будет нести ответственность по ч.1 ст.209 УК, т.к. создание банды считается оконченным с момента её формирования. Поэтому говорить о добровольном отказе или подобных обстоятельствах нельзя. Но если банда еще не была создана, и не были подобраны все члены банды, она еще не была вооружена, можно и поставить вопрос о добровольном отказе организатора от предложения действий по созданию банды. Однако в данном случае организатор должен принять все меры к тому, чтобы создание банды не было завершено иными лицами, которых он уже успел склонить к участию в банде. Это строгое требование закона, изложенное в ч.4 ст.31 УК, касающееся условий осуществления добровольного отказа от совершения преступления, полностью распространяется и на подобные случаи. Если же банда все-таки была создана оставшимися участниками, то организатор, начавший действия по её созданию, но не закончивший их, должен нести ответственность за покушение на создание вооруженной устойчивой группы. Отказ от продолжения действий по созданию банды должен рассматриваться как смягчающее его вину обстоятельство. 
Формирование, т.е. создание преступной бандитской группировки заканчивается тогда, когда на лицо имеется хотя бы несколько участников, объединенных общей договоренностью о совершении в будущем преступных нападений и наличием в банде оружия, которое будет использоваться для совместного достижения поставленных целей. 
После этой стадии все основные функции по управлению созданной организованной вооруженной группой сосредотачиваются в руках руководителя. Как правило, организатор и создает банду и осуществляет дальнейшее руководство ею. Но руководителем может стать не только организатор, но и любой член банды, который благодаря своему авторитету, сосредоточит в своих руках эти функции. Руководство бандой заключается в вербовке членов, разработке планов нападений и распределением ролей между членами банды, для указаний и распоряжений членам банды и т.п.. 
Руководитель банды отличается от рядовых членов банды тем, что именно он является инициатором создания преступной группы, как правило, именно он принимает решения, связанные с планированием, материальным обеспечением и безопасности банды, совершением конкретных нападений. 
Для руководителя преступление будет окончено с момента, когда он начнет совершать хотя бы одно из возможных действий, направленных на руководство бандой. 
  Понятие «руководитель», как один из возможных видов соучастников, не известно российскому уголовному законодательству. По своему содержанию понятие «руководитель» и «организатор» очень близки. Организация преступления предполагает и руководство им. Не случайно в ч.3 ст.35 УК при определении организатора преступления указывается, что им является лицо, «организовавшее совершение преступления или руководившее его исполнением». В такой ситуации субъект, создающий банду является и организатором (т.к. своими действиями организовывает преступления — создает банду) и руководителем, т.к. руководит его дальнейшим исполнением, т.е. осуществлением нападений на граждан и организации. 
Руководитель банды может сам не принимать участие в совершаемых ею нападениях, а только лишь давать конкретные задания и указания участникам по исполнению того или иного преступного замысла. В этом случае его действия должны квалифицироваться только по ч.1 ст.209 УК. Как показывает изучение судебной практики в Томском областном суде, руководители банд зачастую сам выходят на место совершения преступления, чтобы руководить действиями участников нападения в момент его совершения. При этом они сами совершают убийства граждан или причиняют им телесные повреждения. В таких случаях действия руководителя следует квалифицировать по совокупности преступлений, т.е. ч.1 и ч.2 ст.209 УК, т.к. они предусматривают разные виды конкретных действий, входящих в состав бандитизма. 
Руководитель банды отвечает за все преступления, которые организовал и которыми руководил. Если в процессе нападения участники банды совершают действия, не входящие в план руководителя, отклоняются от намеченного им плана, что приводит к наступлению последствий, которые руководитель не предвидел и не желал их наступления, такие действия и наступившие последствия не могут вменяться ему в вину. За них несут ответственность те участники банды, которые их совершили. 
На стадии «участие в банде» (ч.2 ст.209 УК) происходит более конкретное распределение ролей, обязанностей между членами банды, явственно выделяется фигура руководителя, направляющего и координирующего действия всех остальных участников. Под «участием в банде» понимается не только непосредственное участие в совершаемых нападениях, но и выполнение иных действий в интересах банды: финансирование, снабжение оружием, подыскание объектов нападения, обеспечение транспортом и т.п.. 
Отличительной чертой участия в банде является наличие причинной связи между действиями каждого участника банды с наступившими последствиями, если нападение было совершено, или же с готовящимся нападением. Поэтому для ответственности за бандитизм достаточного одного участия в банде, т.е. факта вступления в неё и выполнения определенных действий, обязательно в интересах банды, даже если вступивший в неё непосредственно не участвовал в нападениях. Участник может снабжать банду оружием, подыскивать подходящие для нападения объекты, укрывать членов банды, хранить и сбывать добытые преступным путем имущество, предоставлять помещения для встреч членам банды, привлекать новых членов. 
Участник банды согласует свое поведение и свои функции с другими участниками намечаемого преступления, а те согласуют свое поведение с ним. Имеет место взаимное согласование действий виновных в ходе совместного приготовления к преступлению. Каждый из участников обязуется выполнять согласованную часть единого преступного посягательства и сознает, что эта деятельность осуществляется в связи с принадлежностью его к бандитизму. Поэтому каждый участник банды несет ответственность только за те преступления, которые он организовал, в который принял непосредственное участие или совершению которых оказывал иное умышленное содействие. Лицо не должно нести ответственность за те преступные деяния, которые были совершены без его участия. Со стороны отдельных членов банды могут иметь место эксцессы, т.е. совершение таких действий, которые не входили в цели банды и не охватывались умыслом участников. В таком случае они не должны нести ответственность за такие действия. 
Форма вступления в банду может быть разной: устные или даже письменные согласия одному или нескольким членам, совершения действий, дающих основания другим членам банды воспринимать их как согласие на вступление в банду. Например, систематическое снабжение членов банды боеприпасами оружием, подыскания объектов нападения, укрывательство, сбыть похищенного и т.п. Важно, чтобы лицо, совершающее эти действия, сознавало, что оно действует в бандитской деятельности, а члены банды рассчитывали на его помощь в любой форме при совершении нападений. 
Участие в банде признается оконченным, когда лицо, узнавшее о преступных намерениях банды, дало на согласие на вступление в банду и выполнение отдельных поручений, подкрепив это конкретной практической деятельностью, а не только выразив словесное заявление. В противном случае понятие «участие» будет слишком расширительным. 
Действие лиц, не состоявших членами банды и не принимавших участия в совершаемых нападениях, но оказавших содействие банде в её преступной деятельности, следует квалифицировать как пособничество. При пособничестве лицо должно сознавать, что его действия способствуют банде, если такое сознание отсутствует, то нет пособничества бандитизму. Также должен решаться вопрос и в отношении укрывательства. Если же лицо добросовестно заблуждается и считает, что оказывает пособничество и укрывательство, краже или   иному преступлению, а не бандитизму, то его действия не должны квалифицироваться как пособничество бандитизму. Состав бандитизма будет и тогда, когда лицо, не являясь членом банды, принимает участие в совершаемых ею нападениях (ч.2 ст.209 УК): находится на страже при нападении, подавляет сопротивление потерпевших. Но при этом необходимо, чтобы лицо сознавало, что участвует в нападении, совершаемом вооруженной бандой. Такие действия следует отличать от пособничества. Пособник не связан постоянной преступной связью с бандой. Его действия носят одноразовый характер. Пособничество может иметь место не в самый момент нападения. Оказание помощи в процессе нападения в любой форме представляет собой участие в совершаемом нападении. 
Лицо, принимающее участие в совершаемых бандой нападениях, не обязательно должно участвовать во всех нападениях. Оно может принимать участие лишь в нескольких нападениях и даже в одном. Функции, выполняемые таким лицом в каждом совершаемом нападении, могут быть различными. В одном случае ему может отводиться совершение какого-то одномоментного действия, которое по времени отстоит достаточно далеко от самого акта нападения в его наиболее концентрированном виде, в применении насилия или угрозе его применения. 
Ст.209 Уголовного Кодекса, говоря о том, что банда создается для совершения нападения, не уточняет при этом, какие из видов общественно опасных деяний подразумеваются под этим понятием. 
Нападение можно понимать в узком и широком смысле. Если его понимать в узком смысле слова как внезапное насильственное действие, соединенное с причинением вреда той или иной степени тяжести или угрозой такого применения, то нападение превращается либо в убийство либо в причинение телесных повреждений. 
Если понимать нападение в широком смысле, то в него следует включать помимо насильственных действий, причинивших те или иные последствия, или угрозы совершения таких действий, и другие возможные общественно-опасные последствия, посягающие на иные группы общественных отношений. 
Так, нападение в норме Особенной части, устанавливающий ответственность за посягательство на собственность в форме разбоя, связывается не только с насилием и причинением в результате него вредом, но в равной степени, а может даже и в большей, с завладением чужим имуществом, о чем прямо говорится в ст.162 УК. 
В ст.209 УК таких уточнений не сделано. Из этого можно сделать вывод, что круг общественно-опасных последствий, для наступления которых совершается нападение, гораздо шире. Как уже отмечалось, чаще всего банда совершает нападение для завладения чужим имуществом. При изучении уголовных дел данной категории не было обнаружено ни одного дела, в котором были бы установлены иные цели бандитских нападений, нежели завладение имуществом. Следует признать, что целью совершаемых нападений может быть и совершение изнасилований, и завладение оружием и т.п. 
Бандитизм, с момента установления за него уголовной ответственности в 1919 г ., задумывался как состав преступления, направленный на подрыв основ государственного и общественного устройства советского государства. В первые годы советской власти этот подрыв проходил не только в форме вооруженных восстаний и открытых выступлений, но и в совершении всевозможных действий, направленных на дестабилизацию общественного порядка, спокойствия и безопасности и осуществлялся в виде дерзких разбойник нападений, уничтожений и взрывов средств связи и путей сообщения, физическом уничтожении активных строителей нового общества. 
Нападения, совершаемые бандой, могут быть направлены против граждан и организации. Об этом прямо говорится в диспозиции ст.209 УК. 
Так, ст.48 Гражданского Кодекса Российской Федерации общим понятием «организация» определяет любое юридическое лицо, которое имеет собственность, хозяйственном видении или оперативном управлении обособленное имущество и отвечает по своим обязательствам этим имуществом. 
Организации делятся на коммерческие, занимающиеся производственно-хозяйственной деятельностью, некоммерческие и учреждения, созданные для осуществления управленческих, социально-культурных или иных функций некоммерческого характера. Таким образом, Уголовный кодекс 1996 г . в ст.209 в полном объеме защищает   традиционно охраняемые интересы. 
Под гражданами понимаются физические лица, на которых совершаются бандитские нападения. Гражданами РФ признаются все граждане бывшего СССР, постоянно проживающие на территории РФ на день вступления этого закона в силу, если в течение года после того дня они не заявили о своем нежелании состоять в гражданстве РФ. Охране от бандитских нападений подлежат не только граждане РФ, но и лица без гражданства и иностранные граждане, находящиеся на территории РФ, в отношении которых имело место не правомерное поведение. 
§2. Субъективные признаки бандитизма 
Субъективная сторона преступления — это психическая деятельность лица, непосредственная связанная с совершением преступления. Она образует психологическое, то есть субъективное, содержание преступления, поэтому является его внутренней (по отношению к объективной) стороной. Содержание субъективной стороны преступления раскрывается с помощью таких юридических признаков, как мотив, цель, умысел. 
В соответствии с действующим уголовным законодательством (ч.1 ст.209 УК) уголовной ответственности за бандитизм подлежат лица, которым на момент совершения преступления исполнилось 16 лет. Обязательным условием привлечения лица к уголовной ответственности за совершение общественно-опасного деяния является вменяемость. Лица невменяемые не могут подлежать уголовной ответственности. 
По результатам исследования судебно-следственной практики в Российской Федерации, возраст большинства субъектов, которые входили в банду, колеблется от 20 до 30 лет (примерно 54%); в 23% случаев в банды входили лица в возрасте от 16 до 20 лет; в 20% случаев — в возрасте от 30 до 40 лет; незначительный процент составляют факты вхождения в состав банды лиц старше 45 лет. Лидерами и членами банды в основном являются мужчины (около 95%). Соответственно, факты участия женщин в бандитских нападениях встречаются редко. Являясь членами банды, женщины в ряде случаев становятся сожительницами лиц занимающих в банде лидирующее положение. Как правило, в деятельности банды женщины выполняют второстепенные роли, их соучастие имеет место в форме пособничества или подстрекательства. 
Так, члены банды 19 августа 1996 года по предварительному сговору Карпов, Круглыхин и Магомедова совместно с другими лицами с целью разбойного нападения на квартиру Таращук, предварительно взяв с собой очки, резиновые перчатки, веревку и скотч-ленту, в 12 часу приехали на указанный адрес, куда Круглыхин и Магомедова прошли с разрешения Таращук, представившись супругами и Магомедова примеряла шубы; в квартире Круглыхин заявил, что выйдет к машине забрать деньги, а фактически открыл дверь и впустил Карпова с другим лицом в квартиру, где сбили потерпевшего с ног, втащили на кухню, связали веревкой ноги и руки, Карпов стал требовать указать где лежат деньги, при этом угрожал расправой над ней. 
Невменяемые лица вследствие хронического или временного психического расстройства, слабоумия или иного болезненного состояния своей психики не могут рассматриваться как участники банды, так как для участия в банде необходима предварительная совместная договоренность о совершаемых в будущем действиях, адекватная их оценка и осознание того, что они являются общественно опасными. Если для совершения нападения организатор или руководитель банды привлекает невменяемое лицо, имеет место посредственное причинение вреда и организатор или руководитель должны нести ответственность за те конкретные действия, которые были совершены невменяемым. 
Невменяемые лица не отдают отчет в своих действиях, не осознают их общественно опасный характер или не могут руководить ими. С таких позиций нельзя говорить о совместной психической деятельности невменяемого и вменяемого в плане их совместности. У невменяемого отсутствует виновное отношение к совместному совершению преступления, а значит, можно сделать вывод о том, что нельзя говорить о совместном совершении преступления. Это одна сторона. Другая заключается в следующем. Вина является обязательным признаком элемента состава преступления, но не является признаком преступления. Признаком преступления является материальный и моральный критерий. Причем первый, материальный, является как бы основополагающим, так как именно в силу опасности деяния для общества оно признается преступлением и затем закрепляется в качестве такового в Уголовном законодательстве, приобретая формальный признак. 
Если исходить из первенства материального признака в признании деяния преступным, то следует признать, что объективно для общества в целом и для любого его члена более опасным, с наибольшей долей вероятности приводящим к наступлению нежелательных последствий, является совершения преступления не одним лицом, а несколькими лицами, поскольку в этом случае можно все более тщательно продумать, оказать наибольшее устрашающее воздействие на потерпевшего. Поэтому, оценивая деяния лица, использовавшего невменяемого, в первую очередь надо учитывать именно этот аспект: желание совершить преступление не в одиночку, а несколькими лицами. Поскольку первично преступление с его общественной опасностью, то приоритет отдается ему, и действия лица, сорганизовавшего в банду невменяемых, следует квалифицировать по ст.209 УК. Можно привести следующее объяснение. Умысел все равно был направлен на совершение преступления несколькими лицами, что и произошло в действительности, тем более такое объяснение будет особенно правомерным в тех случаях, когда организатор банды не знал, что привлекаемые им участники банды являются невменяемыми. 
Подобная точка зрения является наиболее устоявшейся и судебной практике и в юридической литературе. Так, в п.9 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22.04.92г. «О судебной практике по делам об изнасиловании» прямо говорится о том, что если преступление было совершено вместе с невменяемыми или лицом, которое по другим причинам не может привлекаться к уголовной ответственности (имеются в виду малолетние), то действия участника такого преступления должны квалифицироваться как совершение группой. Отдельные авторы, рассматривавшие проблемы ответственности малолетних участников преступления, которые как и невменяемые лица не привлекаются к уголовной ответственности, но в силу не достижения ими возраста уголовной ответственности, так же считают, что действия взрослого преступника, совершившего преступление с ними в группе, нужно квалифицировать как совершенное группой. 
В этом случае действия указанных лиц нельзя квалифицировать по ст.209 УК. Ответственность будет несть взрослый преступник за вовлечение малолетнего в преступную деятельность по соответствующей статье УК. 
Конечно, при таком решении вопроса вменяемому участнику преступления, тем более, если он сознательно пытался вовлечь в преступление невменяемых или малолетних участников преступления, рассчитывая, что при этом его действия не будут расценены как групповые, может и будет назначено наказание, соответствующее общественной опасности его личности и совершенного деяния. Но при этом следует признать, что с точки зрения соблюдения закона, такая позиция не вполне безупречна, поскольку соучастием (или совершением) преступления организованной группой в соответствии со ст.32 УК признается «совместное участие двух или более лиц в совершении умышленного преступления», которое, как уточняет ч.3 ст.35 УК заранее объединились для совершения преступления. Особо следует остановиться на несовершеннолетних, принимавших участие в банде и в совершаемых ими нападениях. Если лицо в возрасте от 14 до 16 лет оказалось вовлеченным в банду, то его действия, как это вытекает из закона, нельзя квалифицировать по ст.209 УК. 
Действие несовершеннолетний лиц в зависимости от наступивших последствий и всех обстоятельств дела надлежит квалифицировать следующим образом. Если было совершено с участием несовершеннолетнего нападение на гражданина и при этом было изъято имущество, то несовершеннолетний в случае применения при этом тяжкого вреда здоровью потерпевшему, будет нести ответственность как за разбой, совершенный организованной группой с причинением тяжкого вреда, то есть по п.п. «а» и «в» в ч.3 ст.162 УК или только по п. «а» ч.3 ст.162 УК, если было применено насилие, опасное для жизни и здоровья, либо имелась угроза применения такого насилия. 
Если при бандитском нападении насилие совсем н